НОВОСТИ

Следите за нами в соц сетях

Год без наркополиции: кто выиграл от реформы

Год назад была ликвидирована Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков. Ее полномочия были переданы полиции, но не все: без силового кураторства осталась работа по реабилитации наркоманов. О плюсах и минусах проведенной реформы — в материале РИА Новости.

Профессиональное ядро и бюрократическое ярмо

До прошлого года сотрудники ФСКН и полиции параллельно друг другу занимались борьбой с незаконным оборотом наркотиков. Конкуренция, со всеми ее плюсами и минусами, была вынужденной: к торговле и хранению запрещенных препаратов причастны многие преступные группы, а не только специализированная наркомафия.

Героин, кокаин или гашиш часто находят при досмотре преступных авторитетов, задерживаемых на воровских сходках, а также при обысках по месту проживания фигурантов уголовных дел. А еще патрульные полицейские, работающие на улице, регулярно перехватывают наркокурьеров. По этим причинам в системе МВД сохранялись экспертные центры, занимающиеся исследованием наркотиков, а районные оперативники никогда не устранялись от сбора информации от агентуры в данной сфере, так как больше половины рядовых уличных преступлений совершали и совершают наркоманы (60 процентов за 2015 год, по данным ФСКН. — Прим. ред).

Известно, что МВД возбуждало больше уголовных дел об обороте наркотиков, чем ФСКН: за 2013-2014 годы это 64,4 процента из 535 тысяч выявленных преступлений. Однако средняя масса изымаемого вещества у наркополицейских была в среднем в два раза больше (20 и 39 граммов по каннабиноидам) за те же годы. А по некоторым видам запрещенных препаратов — сибутрамину и анаболическим стероидам — работали практически только сотрудники ФСКН.

Президент РФ Д. Медведев на церемонии вручения знамени ФСКН в Кремле Изъятие больших партий наркотиков, задержание межрегиональных и международных групп наркоторговцев, а также выявление подпольных лабораторий — это прерогатива оперативных подразделений, действующих на федеральном уровне с опорой на мощный агентурный аппарат. Именно эти подразделения составляли основную ценность и незаменимость Госнаркоконтроля.

После ликвидации ФСКН весной прошлого года оперативное ядро наркополиции перевели в МВД. Борьбу со смертоносным дурманом наконец сконцентрировали в одном ведомстве, но процесс реформирования пока далек от завершения, что сказывается и на статистике. За 2016 год, к примеру, из незаконного оборота была изъята лишь 21 тонна наркотиков (на 13 тонн меньше, чем в 2015-м).

Бывшие сотрудники ФСКН жаловались, что с 31 мая и до зачисления в МВД они оказались без денег, выслуга лет также прервалась. Некоторые сотрудники, чтобы обеспечить свои семьи и платить за кредиты, оформлялись на любые вакантные должности, шли в рядовые полицейские.

Во время переходного периода, писал в обращении к президенту один из экс-наркополицейских, его коллеги «охраняли помещения, готовили имущество и дела к передаче в МВД», а не боролись с наркоторговлей.

В настоящее время подразделения по контролю за оборотом наркотиков МВД укомплектованы практически полностью.

«На 64 процента штат состоит из бывших сотрудников органов наркоконтроля, — рассказал РИА Новости заместитель начальника Главного управления по контролю за оборотом наркотиков МВД России Cергей Сотников. — Изъявившие желание поступить в органы внутренних дел Российской Федерации сотрудники ФСКН приняты на службу в порядке перевода без испытательного срока. Большая часть из них имеют существенный опыт в сфере борьбы с незаконным оборотом наркотиков, в результате чего сохранено профессиональное ядро упраздненной службы».

По словам замначальника ГУНК МВД, решены основные тыловые вопросы. «Сотрудники обеспечены организационно-техническими средствами, современным вооружением, средствами индивидуальной бронезащиты и специальной техникой», — пояснил Сотников.

Главной проблемой, замедлившей реформу, стала необходимость соблюдения бюрократических тонкостей. «В ограниченный период времени сформированы и начали работу подразделения по контролю за оборотом наркотиков как в центральном аппарате МВД России, так и в территориальных органах. При этом потребовалась существенная корректировка законодательного обеспечения деятельности ведомства в антинаркотической сфере, а также правового регламентирования оперативно-служебной деятельности подразделений».

Было подготовлено 220 нормативных правовых актов федерального, межведомственного и ведомственного уровней.

По словам Сергея Сотникова, усилия новой полицейской службы сконцентрированы не только на борьбе с наркобизнесом, но и на «профилактической деятельности по снижению спроса на наркотики». Однако представители организаций, помогающих наркозависимым, говорят, что от вопросов реабилитации их клиентов в Министерстве внутренних дел решительно отмежевались.

«Мы провели несколько встреч с руководством ГУНК МВД. Заместитель начальника главка Сергей Сотников участвовал в очередном съезде руководителей православных реабилитационных центров в октябре 2016 года. Он сообщил нам о полном нежелании МВД брать на себя функции по реабилитации и ресоциализации и вообще иметь к этому какое-то отношение. Таким образом, никакого федерального куратора реабилитации наркозависимых на сегодня нет,» — рассказал РИА Новости Алексей Лазарев, член правления Фонда святого праведного Иоанна Кронштадтского, координирующего работу системы помощи наркозависимым Русской православной церкви.

Минздрав, который, по словам Лазарева, может взять на себя функции по координации, очень быстро (через формализацию и невыполнимые регламенты) способен оставить за бортом НКО, оказывающие сегодня услуги по социальной реабилитации. «Это опасно исчезновением социальных центров как таковых», — отметил он.

Сергей Сотников рассказал РИА Новости, что координацией реабилитации занимаются региональные власти. «В большинстве субъектов Российской Федерации издан нормативный правовой акт, регламентирующий ведение реестра негосударственных организаций, включенных в региональный сегмент системы комплексной реабилитации и ресоциализации», — пояснил замначальника ГУНК.

Материальную поддержку негосударственным реабилитационным центрам через механизмы субсидий и грантов оказывают, по его словам, местные органы власти, а «медицинская реабилитация осуществляется, как и ранее, медицинскими учреждениями».

Кесарю кесарево

Между тем предпринятые несколько лет назад попытки ФСКН стать федеральным куратором реабилитации наркозависимых, от которых теперь якобы открестились в МВД, вызывали массу претензий общественников как посягательство на свободу и почва для коррупции.

«Подмяли под себя реабилитацию наркозависимых, назвав ее социальной (оказывается, реабилитацией должна заниматься полиция!), и запросили на это столько денег, что Минфин только рот открыл», — писал руководитель программы «Новая наркополитика» Лев Левинсон.

А психолог и руководитель реабилитационных программ фонда «Нет алкоголизму и наркомании» Денис Автономов указывал, что разработанный ФСКН проект госпрограммы реабилитации и ресоциализации потребителей наркотиков «необоснованно дорог, создает предпосылки для создания узкого круга «своих» реабилитационных центров, содержит методологические ошибки, противоречит принципам медицинской этики и доказательности».

Таким образом, нынешняя «отстраненность» МВД — шаг в сторону свободы действий частных центров. От профилактики же как таковой в полиции никто не отказывался. Да и сделать это невозможно. Участковые и сотрудники по делам несовершеннолетних волей-неволей работают с наркозависимыми или теми, кто находится в зоне риска, в ежедневном режиме.

Есть в МВД и богатый опыт проведения различных тематических операций, в прошлом году к ним добавились антинаркотические: «Мак-2016», «Дети России — 2016», «Сообщи, где торгуют смертью!» и «Призывник». «В ходе их проведения выявлено порядка 34 тысяч наркопреступлений, изъято свыше четырех тонн наркотиков», — говорит Сергей Сотников.

Погоня за спайсами

И все же нельзя сказать, что период переформатирования работы наркополиции стал каникулами для наркоторговцев: за прошлый год выявлено свыше 200 тысяч наркопреступлений. И это не мелкие дилеры «с района» со спичечными коробками конопли. «Доля зарегистрированных тяжких и особо тяжких наркопреступлений составила практически 72 процента (144 тысячи)», — отметил Сотников.

Последние новости свидетельствуют о том, что период разрухи и неразберихи в рядах наркоборцов позади. Так, в понедельник, 17 апреля, стало известно об успешной операции по изъятию партии гашиша, кокаина, марихуаны, амфетамина и таблеток ЛСД общей массой 108 килограммов в Москве.

МВД продолжило начатую ФСКН борьбу с торговцами спайсами — синтетическими наркотиками, называемыми «дизайнерскими» из-за постоянно меняющихся формул их состава. Эти изменения оперативно вносятся производителями, чтобы их «продукт» выпадал из перечня запрещенных веществ.

Единственный способ противодействия — столь же оперативно выявлять новые партии спайсов, проводить исследования и добавлять их в этот реестр. За второе полугодие 2016 года и первый квартал 2017-го установлено более чем 60 новых веществ.

Источник: РИА Новости